Камни не умеют говорить?
В мире
«Раздеты камнем» - так, перефразируя название известного романа, в шутку называли себя члены жилищных кооперативов в бывшем Советском Союзе.
В Израиле писательницу Ольгу Форш и ее произведение помнят разве что начитанные бывшие советские граждане, да и то - в возрасте от 40 лет и старше. Спросите у них, «работает» ли этот каламбур в отношении немолодых репатриантов, возвращающих израильским банкам «машканту» - ипотечную ссуду, взятую на приобретение жилья, - и они ответят отрицательно. Во-первых, они скажут, что там, в стране исхода, в жилищные кооперативы вступали люди выше среднего достатка, кое-что скопившие, а в Израиле за «машкантой» и ссудой в банки обращались те, кто средствами на покупку квартиры не располагал, – в основном приезжие и молодые семьи. Во-вторых, заметят они, строят в Израиле не всегда из камня, чаще - из бетона или шлакоблоков. И, если серьезно сравнивать (в процентном отношении к доходам) суммы, которые отдавали «раздетые камнем» жильцы советских кооперативных домов, и выплаты по «машканте» в Израиле, то трижды заклейменный Совок покажется оплотом гуманизма. Наконец, в-третьих, вздохнут знатоки исторической литературы, что-то вообще не хочется шутить на эту грустную тему. Ведь жизнь очень многих, кто достигнет на «исторической родине» пенсионного возраста, но еще не расплатится с ипотечными банками, превратится в свое нищее, бесприютное и унизительное подобие. И случится это с доброй сотней тысяч репатриантов из бывшего СССР еще до истечения второго десятилетия нынешнего века.
И тут нет никакого преувеличения. Положение репатриантов из бывшего СССР, прибывших в Израиль в 90-е годы прошлого века в возрасте старше сорока лет и решившихся купить квартиру на ипотечную ссуду, сегодня не может не вызывать тревоги. Они репатриировались еще не старыми, полными сил людьми, у большинства были несовершеннолетние дети. Помыкавшись по съемным квартирам, они приняли решение взять ссуду и купить собственное жилье на свободном рынке. Свободу этот рынок предоставлял только владельцам «лишних» квартир, а ими были исключительно старожилы и уроженцы Израиля – страны, которая еще в бытность свою почти социалистической по сути дела даром раздавала жилье всем, кто в нем нуждался. Эта самая «свобода для своих» позволила в начале 90-х безбожно взвинтить цены даже на более чем скромное, кое-как построенное, старое и отвратительно содержавшееся жилье. Хватали и его, лишь бы не покидать более или менее развитые города, где была работа. О работе – отдельный разговор.
Главная беда тех, кого после выхода на пенсию страшит не до конца выплаченная «машканта», – это отсутствие пенсии как таковой. Пожалуй, всего двум категориям наемных работников большинство местных хозяев никогда не делали пенсионных отчислений – это «русским» репатриантам волны 90-х и израильским арабам. Делалось это совершенно безнаказанно, так как закона не было, а вступиться за этих людей было некому. Профсоюзы защищали только «своих», «чужих» же, заикнувшихся о пенсионной программе, попросту не брали на работу. А от некоторых избавлялись после первой же просьбы такую программу открыть.
Лишь только около двух лет назад в стране было наконец введено обязательное пенсионное обеспечение. Впрочем, о реформе, и тем более всеобъемлющей, говорить пока рано. Процесс разбит на несколько этапов: поначалу хозяев обязали делать самые мизерные отчисления, затем они немного возрастут, потом еще чуть-чуть, а до положенного уровня доберутся еще очень не скоро. Короче говоря, люди, репатриировавшиеся в возрасте за сорок и начавшие в Израиле работать два десятка лет назад, не имеют шансов сделать нормальные пенсионные накопления и обеспечить свою старость.
Достигнув пенсионного возраста, они не смогут выплачивать оставшуюся часть «машканты», взятой именно тогда, когда нашли работу, - в начале или середине 90-х. Ведь даже в лучшем случае их смехотворные пенсионные программы плюс социальное пособие по обеспечению прожиточного минимума составят почти ту сумму, которую нужно будет ежемесячно платить за жилье. Таким образом, государство оставляет этим людям выбор одного из двух путей. Первый - это продать квартиру, за которую они все годы отдавали банку львиную долю своих заработков, довольствоваться некой разницей между вырученными и возвращенными банку деньгами и перебираться (если не сказать, убираться) куда угодно – к детям, в съемные «коммуналки», в дешевые дома престарелых. Второй – попытаться сэкономить на еде, лекарствах и вообще на всем, чтобы справиться с оставшимися выплатами. Кстати, по израильским порядкам нуждающимся пенсионерам нельзя получать от детей помощь на погашение «машканты». Если такие переводы со счета на счет фиксируются, пенсионеров лишают социальной надбавки. Вот детям и приходится отдавать родителям наличные деньги, но ведь и их тоже надо вносить на счет ипотеки, и тут бдительный банк может снова встать на пути родственной взаимовыручки...
Конечно, есть и еще один выход. Его полностью отражает мудрая поговорка: «Лучше быть богатым, но здоровым, чем больным, но бедным». Нужно было работать в государственном секторе, где какая-никакая пенсия накапает обязательно и выходное пособие за 20 лет работы тоже не хилое. Надо было открывать личные банковские накопительные программы и щедро откладывать на безбедную старость. Вообще зачем было залезать в такие долги и покупать квартиры в центре страны? Вон на изнывающей от безработицы и время от времени обстреливаемой ракетами периферии жилье куда как дешевле! И не ждать поблажек, но быть настоящими «кузнецами своего счастья» – ведь за этим же, в конце концов, вы и ехали в Израиль! Значит, следовало стать успешным бизнесменом, респектабельным адвокатом, богатым стоматологом, зажиточным рантье, звездой экрана, а лучше – простым олигархом с несколькими миллиардами долларов на счетах. Очень хорошие, можно сказать, бесценные советы, но последовать им, к сожалению, могут не все. Что же им, также честно трудившимся все годы после иммиграции, но не накопившим, не отложившим, не нажившимся, делать?
Только одно – уповать на государство, которое, надо сказать, на них всех ох как много выгадало! Министр абсорбции Софа Ландвер не устает отмечать во всех своих выступлениях и интервью, что алия-90-х принесла стране экономическую прибыль в размере 180 миллиардов шекелей. Именно в такую сумму обошлась бы подготовка сотен тысяч специалистов, которых Израиль получил из Советского Союза и использовал все эти годы как хотел. В качестве одной из мер Ландвер предлагала засчитывать трудовой стаж репатриантов, заработанный ими в странах исхода. А записи в их советских трудовых книжках при современных межведомственных связях можно легко проверить. Но тот законопроект благополучно «завернули» - под предлогом возможного неравенства между общинами. То есть между бывшими советскими евреями, получившими в странах исхода образование и имевшими там работу по специальности, и выходцами с арабского Востока и Северной Африки с их несколько иными трудовыми биографиями. При этом редко кто вспоминает, что именно их, прибывших в 60-е годы из Марокко и Йемена, Ирака и Ирана, в свое время выручила введенная в 1983 году специальная правительственная пенсионная программа ТАГАМ, не давшая пожилым репатриантам впасть в нужду. А разве не было сенсационного прощения «машканты» в победоносном семьдесят третьем? Почему же «русские», своим массовым приездом и выданными под них американскими финансовыми гарантиями буквально спасшие Израиль от экономического кризиса конца 80-х, не заслужили даже малой помощи?
«Пора возвращать долги!» - говорят сегодня с самых высоких трибун министры Софа Ландвер и Стас Мисежников, председатель правящей коалиции Зеэв Элькин, депутаты Кнессета Лея Шем-Тов, Роберт Илатов, Амнон Коэн, Роберт Тивьяев, Марина Солодкина, Шломо Мула, Фаина Киршенбаум и другие парламентарии, представляющие разные партии и общины. Израиль ответствен за достойное будущее своих граждан, отдавших стране годы честного труда, вырастивших здесь детей и внуков, - твердили и твердят лидеры общественных движений Александр Берман, Геннадий Ригер, Алекс Тенцер, Михаил Нудельман. «Государство не только обрекает этих людей на нищенское существование, но делает все, чтоб убедить потенциальных репатриантов не ехать в Израиль», - горько резюмируют ведомства, ответственные за поддержание алии.
Но Минфин, Минстрой и банки сурово молчат, руководство израильского правительства безмолвствует. Камни не умеют говорить?
![](/userfiles/news/2010/18438_16714_726_2010.jpg)
В Израиле писательницу Ольгу Форш и ее произведение помнят разве что начитанные бывшие советские граждане, да и то - в возрасте от 40 лет и старше. Спросите у них, «работает» ли этот каламбур в отношении немолодых репатриантов, возвращающих израильским банкам «машканту» - ипотечную ссуду, взятую на приобретение жилья, - и они ответят отрицательно. Во-первых, они скажут, что там, в стране исхода, в жилищные кооперативы вступали люди выше среднего достатка, кое-что скопившие, а в Израиле за «машкантой» и ссудой в банки обращались те, кто средствами на покупку квартиры не располагал, – в основном приезжие и молодые семьи. Во-вторых, заметят они, строят в Израиле не всегда из камня, чаще - из бетона или шлакоблоков. И, если серьезно сравнивать (в процентном отношении к доходам) суммы, которые отдавали «раздетые камнем» жильцы советских кооперативных домов, и выплаты по «машканте» в Израиле, то трижды заклейменный Совок покажется оплотом гуманизма. Наконец, в-третьих, вздохнут знатоки исторической литературы, что-то вообще не хочется шутить на эту грустную тему. Ведь жизнь очень многих, кто достигнет на «исторической родине» пенсионного возраста, но еще не расплатится с ипотечными банками, превратится в свое нищее, бесприютное и унизительное подобие. И случится это с доброй сотней тысяч репатриантов из бывшего СССР еще до истечения второго десятилетия нынешнего века.
И тут нет никакого преувеличения. Положение репатриантов из бывшего СССР, прибывших в Израиль в 90-е годы прошлого века в возрасте старше сорока лет и решившихся купить квартиру на ипотечную ссуду, сегодня не может не вызывать тревоги. Они репатриировались еще не старыми, полными сил людьми, у большинства были несовершеннолетние дети. Помыкавшись по съемным квартирам, они приняли решение взять ссуду и купить собственное жилье на свободном рынке. Свободу этот рынок предоставлял только владельцам «лишних» квартир, а ими были исключительно старожилы и уроженцы Израиля – страны, которая еще в бытность свою почти социалистической по сути дела даром раздавала жилье всем, кто в нем нуждался. Эта самая «свобода для своих» позволила в начале 90-х безбожно взвинтить цены даже на более чем скромное, кое-как построенное, старое и отвратительно содержавшееся жилье. Хватали и его, лишь бы не покидать более или менее развитые города, где была работа. О работе – отдельный разговор.
Главная беда тех, кого после выхода на пенсию страшит не до конца выплаченная «машканта», – это отсутствие пенсии как таковой. Пожалуй, всего двум категориям наемных работников большинство местных хозяев никогда не делали пенсионных отчислений – это «русским» репатриантам волны 90-х и израильским арабам. Делалось это совершенно безнаказанно, так как закона не было, а вступиться за этих людей было некому. Профсоюзы защищали только «своих», «чужих» же, заикнувшихся о пенсионной программе, попросту не брали на работу. А от некоторых избавлялись после первой же просьбы такую программу открыть.
Лишь только около двух лет назад в стране было наконец введено обязательное пенсионное обеспечение. Впрочем, о реформе, и тем более всеобъемлющей, говорить пока рано. Процесс разбит на несколько этапов: поначалу хозяев обязали делать самые мизерные отчисления, затем они немного возрастут, потом еще чуть-чуть, а до положенного уровня доберутся еще очень не скоро. Короче говоря, люди, репатриировавшиеся в возрасте за сорок и начавшие в Израиле работать два десятка лет назад, не имеют шансов сделать нормальные пенсионные накопления и обеспечить свою старость.
Достигнув пенсионного возраста, они не смогут выплачивать оставшуюся часть «машканты», взятой именно тогда, когда нашли работу, - в начале или середине 90-х. Ведь даже в лучшем случае их смехотворные пенсионные программы плюс социальное пособие по обеспечению прожиточного минимума составят почти ту сумму, которую нужно будет ежемесячно платить за жилье. Таким образом, государство оставляет этим людям выбор одного из двух путей. Первый - это продать квартиру, за которую они все годы отдавали банку львиную долю своих заработков, довольствоваться некой разницей между вырученными и возвращенными банку деньгами и перебираться (если не сказать, убираться) куда угодно – к детям, в съемные «коммуналки», в дешевые дома престарелых. Второй – попытаться сэкономить на еде, лекарствах и вообще на всем, чтобы справиться с оставшимися выплатами. Кстати, по израильским порядкам нуждающимся пенсионерам нельзя получать от детей помощь на погашение «машканты». Если такие переводы со счета на счет фиксируются, пенсионеров лишают социальной надбавки. Вот детям и приходится отдавать родителям наличные деньги, но ведь и их тоже надо вносить на счет ипотеки, и тут бдительный банк может снова встать на пути родственной взаимовыручки...
Конечно, есть и еще один выход. Его полностью отражает мудрая поговорка: «Лучше быть богатым, но здоровым, чем больным, но бедным». Нужно было работать в государственном секторе, где какая-никакая пенсия накапает обязательно и выходное пособие за 20 лет работы тоже не хилое. Надо было открывать личные банковские накопительные программы и щедро откладывать на безбедную старость. Вообще зачем было залезать в такие долги и покупать квартиры в центре страны? Вон на изнывающей от безработицы и время от времени обстреливаемой ракетами периферии жилье куда как дешевле! И не ждать поблажек, но быть настоящими «кузнецами своего счастья» – ведь за этим же, в конце концов, вы и ехали в Израиль! Значит, следовало стать успешным бизнесменом, респектабельным адвокатом, богатым стоматологом, зажиточным рантье, звездой экрана, а лучше – простым олигархом с несколькими миллиардами долларов на счетах. Очень хорошие, можно сказать, бесценные советы, но последовать им, к сожалению, могут не все. Что же им, также честно трудившимся все годы после иммиграции, но не накопившим, не отложившим, не нажившимся, делать?
Только одно – уповать на государство, которое, надо сказать, на них всех ох как много выгадало! Министр абсорбции Софа Ландвер не устает отмечать во всех своих выступлениях и интервью, что алия-90-х принесла стране экономическую прибыль в размере 180 миллиардов шекелей. Именно в такую сумму обошлась бы подготовка сотен тысяч специалистов, которых Израиль получил из Советского Союза и использовал все эти годы как хотел. В качестве одной из мер Ландвер предлагала засчитывать трудовой стаж репатриантов, заработанный ими в странах исхода. А записи в их советских трудовых книжках при современных межведомственных связях можно легко проверить. Но тот законопроект благополучно «завернули» - под предлогом возможного неравенства между общинами. То есть между бывшими советскими евреями, получившими в странах исхода образование и имевшими там работу по специальности, и выходцами с арабского Востока и Северной Африки с их несколько иными трудовыми биографиями. При этом редко кто вспоминает, что именно их, прибывших в 60-е годы из Марокко и Йемена, Ирака и Ирана, в свое время выручила введенная в 1983 году специальная правительственная пенсионная программа ТАГАМ, не давшая пожилым репатриантам впасть в нужду. А разве не было сенсационного прощения «машканты» в победоносном семьдесят третьем? Почему же «русские», своим массовым приездом и выданными под них американскими финансовыми гарантиями буквально спасшие Израиль от экономического кризиса конца 80-х, не заслужили даже малой помощи?
«Пора возвращать долги!» - говорят сегодня с самых высоких трибун министры Софа Ландвер и Стас Мисежников, председатель правящей коалиции Зеэв Элькин, депутаты Кнессета Лея Шем-Тов, Роберт Илатов, Амнон Коэн, Роберт Тивьяев, Марина Солодкина, Шломо Мула, Фаина Киршенбаум и другие парламентарии, представляющие разные партии и общины. Израиль ответствен за достойное будущее своих граждан, отдавших стране годы честного труда, вырастивших здесь детей и внуков, - твердили и твердят лидеры общественных движений Александр Берман, Геннадий Ригер, Алекс Тенцер, Михаил Нудельман. «Государство не только обрекает этих людей на нищенское существование, но делает все, чтоб убедить потенциальных репатриантов не ехать в Израиль», - горько резюмируют ведомства, ответственные за поддержание алии.
Но Минфин, Минстрой и банки сурово молчат, руководство израильского правительства безмолвствует. Камни не умеют говорить?
comments (Total: 2)