«Да, это мой сын издевается над вашими детьми!»
Америка
Все, чьи дети учились в американских школах. И не важно, пострадал ли от этого Ваш ребенок, или соседский, или Вы слышали об этом по радио, видели сюжет по ТВ, читали в прессе... Не важно – мы все об этом знаем.
Подождите кидать в меня камни. Успеете.
Конечно, в том, что мой сын такой, есть моя вина. Он мой сын, и я за него в ответе. Нет, чисто теоретически есть еще и папа... Но в нашей семье папы нет. Он живет непонятно где, не платит алименты и с некоторых пор совершенно не участвует в жизни ребенка. Настолько, что суд легко со мной согласился и с первого же заседания сделал меня основным опекуном сына. Теперь у папы нет даже выходных для общения с ребенком. Так, по мелочи, каких-то парy дней в году.
А я сделала ошибку – выбрала в отцы своему ребенку придурка. Классического, если можно так выразиться. Слава Богу, ребенок пошел в меня – у него довольно легкий характер, он не обидчив, легок на подъем и весел. И при этом он гроза начальной школы, у него нет друзей, потому что те, кто слабее, его боятся, те, кто не боятся – не хотят с ним дружить...
Как же так получилось?
А постепенно.
Одинокая мама, странноватый папа и школа – мы все вместе помогли ему стать хуже.
Вообще-то я против того, чтобы школа воспитывала – именно так было принято вроде бы в нашем советском детстве. Нет, школа должна учить. Просто иногда я думаю: отреагируй школа на тот, самый первый инцидент, иначе, может, мой мальчик сегодня не был бы грозой школы?
Помните фильм «Брюс Всемогущий» с Джимом Керри в главной роли? Тот, в котором его герой ненадолго становится Богом. Я обожаю там один момент, когда «настоящий» Бог в исполнении Моргана Фримена говорит: «Заставить расступиться силой мысли волны – это не чудо, это фокус. Мать-одиночка, которая работает на двух работах и при этом находит время сводить своего сына на тренировку по футболу — вот это чудо...»
Я – та самая мать-чудо. Работаю на двух, иногда трех работах, при этом регулярно вожу сына на тренировки: каратэ и хоккей. А еще регулярно хожу на беседы к директору школы. Нет, сейчас все более-менее спокойно, но беседы все равно проводятся, видимо, для профилактики и чтобы я не забывала, что мой сын представляет потенциальную угрозу для остальных.
Как все началось?
Очень просто. В один пригожий осенний денек мой сынок пнул мальчика. В голову ногой. И этот мальчик отлетел от удара в другой угол. Я знаю, мой сын всегда был силен не по годам. И пнуть он может ого-го-го, опять же занятия каратэ даром не прошли.
Его тогда отвели к директору на беседу. Беседа была совсем недетской, судя по всему. И без моего присутствия. Что для меня было странно – ведь он был тогда учеником первого класса, пяти с половиной лет.
Ну да, он был виноват, он пнул другого мальчика и пнул в голову, но я считаю, что администрация школы обязана была дождаться меня и разговаривать только в моем присутствии. Но этого не произошло. А случился какой-то не совсем адекватный разговор. Плюс я дома на повышенных тонах поговорила с сыном... Сын пытался сказать мне, что тот мальчик, которого он пнул, тоже был виноват. Пытался это он доказать и директору. Но в моих глазах у того ребенка было алиби – не он пнул, его пнули... поэтому все аргументы сына о несправедливости были отвергнуты мной, как несостоятельные – ты пнул! И пнул в голову!
И вот после этого покатилось. Дети встали на сторону того мальчика, которого пнули. Их родители – тоже. Это вроде не Советский Союз, тут нет родительских собраний, на которых тебя за твоего же ребенка ругают как нашкодившего кота. Но в нашем случае порицание повисло в воздухе.
И как-то постепенно, постепенно все закрутилось... Теперь любой поступок сына стал рассматриваться почти под микроскопом. Демонстративно отказался в день Отца делать открытку для родителя – ай-яй-яй! Не слушал учителя, разговаривал, размахивал ножницами, специально вылил клей... – ой-ёй-ёй! Толкнул мальчика во время ланча и тот пролил молоко – ну это вообще кошмарный поступок, за который сына отвели в главный офис и посадили на стульчик.
Мой стал жить на красном. И, что самое неприятное, с некоторых пор получать от этого удовольствие. Он наслаждался положением маленького, но очень воинствующего сорняка.
С некоторых пор, глядя на сына, я стала все чаще вспоминать одноклассницу Свету Нефедову. Вроде бы у них совсем разные истории, но, по сути, одна. Света была рекордсменом в нашем дворе и школе по количеству пап. Они менялись у нее с такой частотой, что Света не успевала запомнить не то что их лица, имена! Как же она мечтала, чтобы хотя бы один из них, неважно какой, пусть не самый красивый и не самый сильный, но один остался бы в их с мамой доме навсегда. Мой сын знает только об одном своем родителе, никаких других в нашем доме нет, но как и Света – он одинок. Он мечтает об отце, о сильном мужчине в доме, которого нет. Я надеюсь, пока нет, потому что сыну нужен мужчина.
Так вот сначала Света нам всем просто завидовала, а потом начала мстить.
Вот и мой сын – раньше он не задумывался, что его семья не совсем такая, как у остальных, задумываться начал в школе, но сначала без мести. Тот самый первый конфликт был как последняя капля в его мыслях об отсутствии отца, одноклассник моего сына сказал ему: ты лузер, у тебя нет папы! После чего он получил ногой по голове и отлетел в угол.
Знаете, быть мамой ребенка, которого обижают в школе, намного проще, чем мамой того, кто обижает. Мой ребенок теперь всегда на особом положении. Поверят в первую очередь не ему, а тому, кто на него пожалуется. И уже почти никого не волнует, что и мой сын тоже может быть обижен, и тоже может быть прав в каком-то конфликте. Теперь учителя, как правило, смотрят на него как Станиславский на актеров во время репетиции – не ве-рю! И один только выход из этой ситуации – нам придется сменить школу.
Радует, что у нас в классе не так много русскоязычных детей. Всего три. Но их родители-бабушки-дедушки все равно успевают внести лепту в воспитание моего ребенка.
- Этот мальчик, как его, вон тот, ничего сегодня не натворил? – это любимый вопрос одной бабушки, ее внучка учится в одном с сыном классе.
И не важно, что мой сын никогда пальцем не тронул ни ее внучку, ни какую-то другую девочку, не важно. Ей главное – спросить.
А то, что мой мальчик слышит это тоже, ее, скажем мягко, не волнует. А меня волнует. И один раз я сказала ей в лоб: “Вы не имеете права так говорить при моем сыне”.
А она: “Поучи еще меня!”
А потом и классическое про яблоко от яблоньки, про «впустили же вас на нашу голову в Америку, нарожали тут от латино...»
Сегодня для нас главное – дотянуть до конца года и уйти в другую школу. За два месяца каникул, я думаю, сын немного придет в себя. В конце концов, у него есть друзья, с которыми он прекрасно ладит, есть секция по каратэ, хоккею, где все тоже слава Богу. А в школе... ну не сложилось, ну бывает.
![](/upload/content/ru/tn1_0_11455200_1363882755_img.jpg)
Кто не слышал о bullying? Все слышали...
Кто не знает о bullying? Все знают...
Все, чьи дети учились в американских школах. И не важно, пострадал ли от этого Ваш ребенок, или соседский, или Вы слышали об этом по радио, видели сюжет по ТВ, читали в прессе... Не важно – мы все об этом знаем.
Ну что ж, приятно познакомиться: мой сын, можно сказать, – гроза школы, тот самый человек, из-за которого в отдельно взятой школе некоторым положительным детям тяжко учиться.
Подождите кидать в меня камни. Успеете.
Конечно, в том, что мой сын такой, есть моя вина. Он мой сын, и я за него в ответе. Нет, чисто теоретически есть еще и папа... Но в нашей семье папы нет. Он живет непонятно где, не платит алименты и с некоторых пор совершенно не участвует в жизни ребенка. Настолько, что суд легко со мной согласился и с первого же заседания сделал меня основным опекуном сына. Теперь у папы нет даже выходных для общения с ребенком. Так, по мелочи, каких-то парy дней в году.
Да-да, я знаю, что самое главное в воспитании ребенка – это хороший папа. Конечно, иногда бывает и так, что у двух нормальных людей рождается совершеннейший идиот, – я с точки зрения поведения, а не о диагнозе. Но, как правило, если родители нормальные люди, то и ребенок тоже абсолютно нормален.
А я сделала ошибку – выбрала в отцы своему ребенку придурка. Классического, если можно так выразиться. Слава Богу, ребенок пошел в меня – у него довольно легкий характер, он не обидчив, легок на подъем и весел. И при этом он гроза начальной школы, у него нет друзей, потому что те, кто слабее, его боятся, те, кто не боятся – не хотят с ним дружить...
Как же так получилось?
А постепенно.
Одинокая мама, странноватый папа и школа – мы все вместе помогли ему стать хуже.
Вообще-то я против того, чтобы школа воспитывала – именно так было принято вроде бы в нашем советском детстве. Нет, школа должна учить. Просто иногда я думаю: отреагируй школа на тот, самый первый инцидент, иначе, может, мой мальчик сегодня не был бы грозой школы?
Помните фильм «Брюс Всемогущий» с Джимом Керри в главной роли? Тот, в котором его герой ненадолго становится Богом. Я обожаю там один момент, когда «настоящий» Бог в исполнении Моргана Фримена говорит: «Заставить расступиться силой мысли волны – это не чудо, это фокус. Мать-одиночка, которая работает на двух работах и при этом находит время сводить своего сына на тренировку по футболу — вот это чудо...»
Я – та самая мать-чудо. Работаю на двух, иногда трех работах, при этом регулярно вожу сына на тренировки: каратэ и хоккей. А еще регулярно хожу на беседы к директору школы. Нет, сейчас все более-менее спокойно, но беседы все равно проводятся, видимо, для профилактики и чтобы я не забывала, что мой сын представляет потенциальную угрозу для остальных.
Как все началось?
Очень просто. В один пригожий осенний денек мой сынок пнул мальчика. В голову ногой. И этот мальчик отлетел от удара в другой угол. Я знаю, мой сын всегда был силен не по годам. И пнуть он может ого-го-го, опять же занятия каратэ даром не прошли.
Его тогда отвели к директору на беседу. Беседа была совсем недетской, судя по всему. И без моего присутствия. Что для меня было странно – ведь он был тогда учеником первого класса, пяти с половиной лет.
Ну да, он был виноват, он пнул другого мальчика и пнул в голову, но я считаю, что администрация школы обязана была дождаться меня и разговаривать только в моем присутствии. Но этого не произошло. А случился какой-то не совсем адекватный разговор. Плюс я дома на повышенных тонах поговорила с сыном... Сын пытался сказать мне, что тот мальчик, которого он пнул, тоже был виноват. Пытался это он доказать и директору. Но в моих глазах у того ребенка было алиби – не он пнул, его пнули... поэтому все аргументы сына о несправедливости были отвергнуты мной, как несостоятельные – ты пнул! И пнул в голову!
И вот после этого покатилось. Дети встали на сторону того мальчика, которого пнули. Их родители – тоже. Это вроде не Советский Союз, тут нет родительских собраний, на которых тебя за твоего же ребенка ругают как нашкодившего кота. Но в нашем случае порицание повисло в воздухе.
И как-то постепенно, постепенно все закрутилось... Теперь любой поступок сына стал рассматриваться почти под микроскопом. Демонстративно отказался в день Отца делать открытку для родителя – ай-яй-яй! Не слушал учителя, разговаривал, размахивал ножницами, специально вылил клей... – ой-ёй-ёй! Толкнул мальчика во время ланча и тот пролил молоко – ну это вообще кошмарный поступок, за который сына отвели в главный офис и посадили на стульчик.
С тех пор как-то так повелось, что постепенно, шаг за шагом, сын начал вести себя в школе все хуже и хуже. Он практически поселился на красном коврике. Знаете, это такая мера в начальной школе – у них цветные коврики, которые соединяются между собой по принципу пазлов. И вот если ты ведешь себя хорошо, тогда твой цвет – зеленый, не очень хорошо – желтый, а если плохо – красный.
Мой стал жить на красном. И, что самое неприятное, с некоторых пор получать от этого удовольствие. Он наслаждался положением маленького, но очень воинствующего сорняка.
С некоторых пор, глядя на сына, я стала все чаще вспоминать одноклассницу Свету Нефедову. Вроде бы у них совсем разные истории, но, по сути, одна. Света была рекордсменом в нашем дворе и школе по количеству пап. Они менялись у нее с такой частотой, что Света не успевала запомнить не то что их лица, имена! Как же она мечтала, чтобы хотя бы один из них, неважно какой, пусть не самый красивый и не самый сильный, но один остался бы в их с мамой доме навсегда. Мой сын знает только об одном своем родителе, никаких других в нашем доме нет, но как и Света – он одинок. Он мечтает об отце, о сильном мужчине в доме, которого нет. Я надеюсь, пока нет, потому что сыну нужен мужчина.
Так вот сначала Света нам всем просто завидовала, а потом начала мстить.
Вот и мой сын – раньше он не задумывался, что его семья не совсем такая, как у остальных, задумываться начал в школе, но сначала без мести. Тот самый первый конфликт был как последняя капля в его мыслях об отсутствии отца, одноклассник моего сына сказал ему: ты лузер, у тебя нет папы! После чего он получил ногой по голове и отлетел в угол.
Знаете, быть мамой ребенка, которого обижают в школе, намного проще, чем мамой того, кто обижает. Мой ребенок теперь всегда на особом положении. Поверят в первую очередь не ему, а тому, кто на него пожалуется. И уже почти никого не волнует, что и мой сын тоже может быть обижен, и тоже может быть прав в каком-то конфликте. Теперь учителя, как правило, смотрят на него как Станиславский на актеров во время репетиции – не ве-рю! И один только выход из этой ситуации – нам придется сменить школу.
Радует, что у нас в классе не так много русскоязычных детей. Всего три. Но их родители-бабушки-дедушки все равно успевают внести лепту в воспитание моего ребенка.
- Этот мальчик, как его, вон тот, ничего сегодня не натворил? – это любимый вопрос одной бабушки, ее внучка учится в одном с сыном классе.
И не важно, что мой сын никогда пальцем не тронул ни ее внучку, ни какую-то другую девочку, не важно. Ей главное – спросить.
А то, что мой мальчик слышит это тоже, ее, скажем мягко, не волнует. А меня волнует. И один раз я сказала ей в лоб: “Вы не имеете права так говорить при моем сыне”.
А она: “Поучи еще меня!”
А потом и классическое про яблоко от яблоньки, про «впустили же вас на нашу голову в Америку, нарожали тут от латино...»
Короче, прекрасное завершение рабочего дня получилось. И для меня, и для сына. Он, кстати, теперь мучается чувством вины, что усложнил мне жизнь. При этом не может перестать быть в оппозиции к классу. Да это теперь, наверное, и невозможно. Теперь класс не примет его, поэтому ему привычнее на красном коврике: спокойно и можно не опасаться получить замечание и расстроенную из-за этого маму.
Сегодня для нас главное – дотянуть до конца года и уйти в другую школу. За два месяца каникул, я думаю, сын немного придет в себя. В конце концов, у него есть друзья, с которыми он прекрасно ладит, есть секция по каратэ, хоккею, где все тоже слава Богу. А в школе... ну не сложилось, ну бывает.
comments (Total: 24)
=====
Анониму:никто к тетке не привязывался.Судили исключительно по ее откровенному рассказу.Мать и должна защищать своего ребенка в любой ситуации.Но еще и должна своего ребенка научить ПРАВИЛЬНО вести себя в обществе.У моих двоих знакомых мужей убили одним ударом по голове.Одна из этих знакомых моя лучшая подруга.Потому я оцениваю такую ситуацию с точки зрения большой опасности.Я уже писала,что мама мало внимания уделила неадекватному удару и слишком акцентировала внимание на том:КТО и ЧТО сказал ее сыну после этого.Удар для нее значит гораздо меньше,чем слова(как в общем и для ее 5-летнего сына).Ребенок такую политику родителя очень хорошо усвоит.Придет время и он будет любые споры разрешать силой.
Просто чтобы не потерять авторитет.
С этим шутить нельзя. Ребенок спиной должен чувствовать, что за ним кто-то есть. Чтобы был уверенным по жизни, это не последнее столкновение.
А учительницу загнобить - да раз плюнуть. С подружками-завмагами. Не получилось жестко поговорить - начинаешь планомерно писать в роно и выше. Организация бюрократическая, сволочная, ловишь на паре необдуманных фраз и публикуешь под запись. Через месяц директор сам выгонит ее из школы. Проверено другом, вернее, знакомым, ментом.
У меня все происшествия заканчивались ранее, как только начинались личные разговоры. Вторую дочку обижали, учительницу продавил на разговор с гоп-компанией, она вызывала их по очереди. Я за год до этого им праздник 23 февраля делал со стрельбой. Тут подогнал машин к школе, сели и начали говорить с пацанами поодиночке - они чуть не писались (я не бандюган и не приблатненный, просто рационально было работать так).
Больше проблем не было.
Советую поступать так же.
.
ПС
Этот рассказ про наши реалии, к статье отношения не имеет. Там, как я и говорил, нет определенности.
Возможно, для всех картинка ясная - для меня нет. То ли пацан бьет всех подряд, то ли его перссуют нотациями.
Выводы в каждом случае разные.
.
Да, сидели дома, и дети мне напомнили, что в их детстве я вмешивался в их деела - в школе крутил уши одному нехорошему мальчику, проч. На глазах у класса, и потом сказал, что будет еще раз - не помогут ни милиция, ни родители, ни школа. Все промолчали... так вот, у той истории было два следствия - побои прекратились, но дочь перестала говорить мне о том, что происходит в классе. И папу ей поминали до выпускного. Жалко - но результат того стоил...
Была еще и девочка задира,взяла поиграть лопатку,да так и врезала по лицу с песком,когда мальчик захотел забрать обратно свою вещь.Значит,родители не научили правилам поведения.А с 2-3 лет уже все дети могут понимать:что можно и что нельзя.Некоторые понимают это еще и до года,если родители много с ними общаются и разговаривают.Никто другой так на детей влиять не может.Няню они слушают,если она в авторитете у родителей.Если о няне невысокого мнения,то ждите в доме скандала.Дети отыграются на всех.